16+
Сообщить новость
Вязниковская общественно-политическая газета Основана в марте 1917 г.
09:01, 22.02.2018

Горы Лаптева

/ Общество

Верность. Верность долгу, семье и Родине, любимой женщине и данному слову. Именно это качество и делает мужчину мужчиной. Человеком, на которого равняются и которому доверяют. В этом месяце свой мужской праздник (вернее, сразу два – 23 февраля и дату вывода войск из Афганистана) отмечает вязниковец Вадим Лаптев.

Вадим Александрович родом из Никологор, там он учился, и там же прошло его детство. После окончания Коломенского артиллерийского училища в 1983 году новоиспечённый лейтенант Лаптев начал службу в Рязани, в отдельном противотанковом дивизионе полка ВДВ. В 1985 году был переведён на должность старшего офицера на батарее в гаубичный дивизион Ефремовского артиллерийского полка. Дважды (в 1985 и 1987 гг.) был участником парада на Красной площади в честь годовщины Великой Октябрьской Социалистической революции.

г. Коломна, 2 курс. 1980 год.

Вадима Лаптева направляли в Республику Афганистан ещё в 1985 году, но дали отсрочку – должен был родиться ребёнок. В ноябре 1987 года его назначили на должность начальника разведки гаубичного дивизиона в артиллерийский полк Витебской дивизии ВДВ, находившейся в Кабуле. Однако в силу сложившихся обстоятельств попал он туда только 28 марта 1988 года.
— Везде летают вертолёты, обстреливают намеченные точки для того, чтобы самолёт смог спокойно сесть на кабульский аэродром, — вспоминает первые дни в Афганистане Вадим Александрович. — Встретили меня представители 103-й воздушно-десантной дивизии и направили непосредственно в часть. Наш гарнизон располагался в Кабуле, но пробыл там недолго – недели полторы.

В то время практически весь личный состав дивизии участвовал в операции «Магистраль», деблокировал Хост (приграничная зона рядом с Пакистаном), вёл в том районе боевые действия. Вадима Лаптева срочно направили артиллерийским корректировщиком на 30-ю заставу, расположенную на одном из рубежей Кабула. Что интересно: старший лейтенант ехал на смену своему же однокурснику по училищу.
— Высокогорная застава находилась на высоте 2600 метров, — говорит Вадим Александрович. – Всё доставляли вертолётами – боеприпасы, питание, медикаменты… Мы были расположены так, что впереди нас находилось ущелье. С одной стороны проходила дорога на Гардез, и это ущелье соединяло её с дорогой на Газни. Мы «сидели» на хребте. Часто из-под нас, из ущелья, по Кабулу работали моджахеды, запускали «эрэсы» (реактивные снаряды. – Прим. авт.). Два-три пуска делали и уходили.
Задача артиллерийского корректировщика – наблюдать. Засекать пуски ракет или движение бандформирований и передавать информацию в штаб. Из штаба, в свою очередь, сообщали о том, какие батареи работают рядом. У Вадима Лаптева были все позывные, и в случае необходимости он выходил на них. Если после проведения огневого налёта пуски реактивных снарядов прекращались, значит, застава свою задачу выполнила.

На высокогорной заставе

Всего на 30-й заставе находились 17 человек. На вооружении были АК 5,45-мм, АГС-17 (автоматический гранатомёт станковый. – Прим. авт.), пулемёт «Утёс» 12,7-мм, 82-мм миномёт.
На равнине и в горах расстояние ощущается по-разному. На высоте оно «скрадывается». Кажется, что цель находится близко, а на самом деле – далеко. В распоряжении Вадима Лаптева были карта, артиллерийская буссоль и квантовый дальномер. С помощью этих приборов он и работал — можно сказать, геометрические задачи решал.
— Был миномётчик у нас из Мордовии, Сашка, — рассказывает Вадим Александрович. – Я говорю: «Саш, ты как стреляешь?». «На глаз», — отвечает. Я, конечно, понимаю, что на глаз можно стрелять, когда стрельба настильная или прямой наводкой. Но при стрельбе из миномёта реально определить только направление, а никак не дальность! Сашка решил показать: одну мину положил, вторую, третью… Никак не попадёт! «Хватит боеприпасы тратить», — говорю. Сориентировал миномёт, выбрал точку прицеливания… Стреляю первым – рядом, вторым – перелёт. Делаю «ёлочку», делю расстояние пополам и третьим снарядом попадаю куда надо. «Вот, Саша, стрелять надо, как учили, а «на глаз» ты только мины зря растратишь!», — говорю. В конечном итоге так натренировались, что мы с ним однажды стреляли по движущейся цели из миномёта — по «Тойоте», которая перевозила «эрэсы» боевикам.
Главный бич удалённых и изолированных воинских частей и гарнизонов – рутина. Именно она подрывает моральный дух бойцов и может дать в человеке сбой. Для борьбы с однообразным существованием личного состава Вадим Лаптев приложил массу усилий. Об этом даже написали в «Красной звезде» (центральном органе Министерства обороны СССР) от 11 августа 1988 года. Чтобы солдаты «не закисали», наш земляк устраивал соревнования по стрельбе и силовой подготовке, шахматам и нардам…
— Сумели с сослуживцем даже организовать баню! — говорит Вадим Александрович. – Вода была в ограниченном количестве, а надо и обед варить, и умываться, и гигиеной заниматься… Словом, баню соорудили из камней и бочки из-под солярки. Мы её разрезали аккуратно с помощью автомата; печь с поддувалом сделали. Хорошая получилась баня, нам нравилось.
Через какое-то время на 30-ю заставу прибыл командир разведвзвода, и с ним стало ещё интереснее. Командир оказался бывалым, прошёл огонь и воду. Вместе с ним гарнизон серьёзно занялся повышением безопасности и укреплением расположения. На заставе Вадим Лаптев провёл около пяти месяцев, пока его не отозвал новый командир дивизиона.

Рисунок из Афганистана

Вывод войск

Командир взвода связи 103-й дивизии уволился, его отправили в Советский Союз, а на замену никого не прислали. Начался вывод советских войск. Вадим Лаптев ходил в наряды, готовил корректировочные группы и налаживал связь. Выезжал в те районы и заставы, где велись особенно сильные обстрелы, помогал корректировать огонь. В последние дни работы хватало.
— 23 января 1989 года мы вышли колонной из Кабула; нас в долине немножко потрепали, — вспоминает собеседник. – Дошли до Саланга, перевалили через тоннель, который мы специально строили для афганцев, чтобы поставлять боеприпасы и продукты наземным путём. Встали на блоках в горах, не пропускали боевиков к дороге. Войска отводились «чулком». Как женщина снимает чулок, так мы и отходили. Мы снимаемся, идём, встаём чуть подальше, следующие идут – за нами блоки ставят… Так, потихонечку, заставы снимали и уходили в Советский Союз.
13 февраля с группой, охраняющей участок дороги «Кабул-Хайратон», Вадим Лаптев пересёк государственную границу и вышел к городу Термез. Министр обороны вручил воинам-интернационалистам часы; валюту поменяли на советские деньги. Через два дня – 15 февраля – самолётами военно-транспортной авиации солдат перебросили в Витебск.
— Война в Афганистане оставила очень много впечатлений, но самое главное, что там я получил большую практику, — говорит Вадим Александрович. – Наша техника проходила обкатку в боевых действиях; я видел, как работают артиллерийские системы и авиация… Тот же огнемёт «Шмель» сжигает практически всё, что можно. «Духи» называли его «шайтан-труба» и очень боялись.

Родина предков

Вадим Лаптев вернулся домой живым и невредимым, с честью выполнив поставленную задачу. К слову сказать, с честью её выполнили все советские солдаты, сражавшиеся в Афганистане.
За мужество и героизм, проявленные при выполнении интернационального долга, Вадим Лаптев награждён орденом «За службу Родине в ВС СССР» III степени, медалями СССР и ДРА, грамотой Президиума Верховного Совета СССР. После войны ушёл на повышение – был назначен командиром самоходно-артиллерийской батареи.
— Ровно через год, в 1990 году, я находился в отпуске, — вспоминает Вадим Александрович. – Смотрю телевизор и вижу: разбирают нашу границу. Начался распад Советского Союза. Часть дивизии была направлена для поддержки пограничников. Летали несколько раз в Баку, Душанбе, Ереван – пытались сохранить целостность страны. Ничего из этого не получилось, всё уже «полыхало»… Тут ещё и сокращение армии началось, я как раз под него попал. Дело в том, что служил в ВДВ, а после отпуска приехал в часть и смотрю: бежит ко мне мой взводный в зелёной фуражке пограничной, с зелёными погонами, но эмблемы десантные. Это что за форма такая?! Оказалось, что за три дня 103-ю воздушно-десантную дивизию передали Комитету госбезопасности. Всех переодели, погоны перешили. Я сказал, что верен своим войскам и не буду надевать другую форму. Ну и пошёл под сокращение.
В 1991 году Вадим Лаптев вернулся на малую родину в Вязники. Устроился на работу в ОД-1/4, где и прослужил 20 лет. Вышел на пенсию, успел поработать в военкомате. Сейчас является заместителем председателя Вязниковского районного отделения ООО «Российский союз ветеранов Афганистана», занимается патриотическим воспитанием молодёжи.
— У меня двое маленьких ребятишек, воспитываю их, — говорит Вадим Александрович. – Я им говорю: «Вот у нас фамилия «Лаптевы». Есть море Лаптевых, может, его наши предки исследовали; свои жизни клали, но открывали и заселяли неизведанные земли. Вот и стала у нас страна такой большой, и мы должны сохранить всё, что дано нам нашими предками».

Фото из личного архива В. Лаптева.

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

1 × два =

Новости по теме

Архив новостей
09:43, 20.09.2018 0 комментариев
НА ТРАССЕ М-7 ПОСТРОЯТ РАЗВОРОТНУЮ ПЕТЛЮ / Общество

В рамках реализации текущего проекта на отрезке между 270 км и 271 км дороги в Вязниковском районе Владимирской области обустраивается разворотная петля».


теги:
09:39, 20.09.2018 0 комментариев
Приватное искусство / Общество

Пушистая, мягкая и тёплая. Неудивительно, что едва появившись, ватная игрушка быстро завоевала популярность и стала непременным атрибутом новогодних праздников.  Практически в каждой  советской семье под ёлкой стоял внушительных размеров Дед Мороз, а на ветвях лесной красавицы раскачивались фигурки лыжников, пионеров и животных, сделанные из ваты. Сегодня на смену ватным игрушкам пришли изделия из стекла и пластика, но это вовсе не означает, что старинное производство забыто. И всё благодаря труду отдельных мастеров.


Архив блога