Он появился на свет еще при Петре Великом, на гражданской службе достиг достаточно высокого чина надворного советника, равного армейскому подполковнику, хотя больше числился чиновником различных канцелярий, нежели реально служил. В Вязниковском уезде ему принадлежало несколько сотен крепостных крестьян (в том числе село Левино с округой неподалеку от Никологор), причем не менее обширные вотчины «царь Соломон» имел и в соседних Ковровском и Шуйском уездах. Любимой его резиденцией было сельцо Ярцево. Там в роскошно убранном господском доме, разодетый в пышный французский кафтан по моде двора Людовика XVI в шелковых чулках, в башмаках с лентами и золотыми пряжками, в напудренном парике он задавал пиры и балы для всей округи. Как и большинство помещиков той поры господин Марков любил охоту, держал породистых борзых и устраивал псовые охоты для окрестных бар, каждый раз отправляясь «в поле» во главе поистине царской свиты с дорогим разукрашенным золотой насечкой и слоновой костью ружьем англицкой работы..
В непогоду «его величество» любил проводить вынужденный досуг в своей библиотеке, где имелось множество книг на четырех языках: французском, немецком, русском и латыни, которыми Соломон Михайлович владел почти свободно. Английский тогда был не в моде и его хорошо знали лишь моряки. Причем среди фолиантов «царского» книгохранилища мирно уживались весьма смелые по тому времени сочинения вольнодумца Вольтера и гуманиста Руссо с ортодоксальными творениями Блаженного Августина и сдержанно-корректными мемуарами британского мудреца Болингброка.
В отличие от многих богатых и чиновных столбовых дворян, Соломон Михайлович был чужд спеси и надменности, всегда проявляя себя человеком отзывчивым и добродушным, хотя не без покровительственного тона и панибратства. Мелкопоместные дворянчики и местные чиновники всегда могли рассчитывать на его помощь и заступничество, так как помимо большого состояния Марков по обширному и знатному родству имел хорошие связи и при царском дворе.
Первый владимирский наместник и генерал-губернатор граф Роман Илларионович Воронцов, по представлению которого Вязниковская слобода получила статус уездного города, не раз посещал Соломона Михайловича в его имении, тем более, что они были почти ровесниками (Марков тремя годами старше) и в качестве помещиков соседями.
Так сложилось, что и без того богатый Соломон Марков унаследовал состояние своего бездетного племянника офицера военного флота Михаила Маркова и тем самым еще больше преумножил свое состояние. Лейтенант Марков служил на 32-пушечном фрегате Балтийского флота «Африка», молодым мичманом участвовал в войне с Пруссией и находился при блокаде и осаде города-крепости Кольберг, а 11 августа 1770 года погиб в сражении с турецким флотом у острова Тенедос в Средиземном море.
Младший брат и верный соратник «царя Соломона» отставной полковник Никанор Михайлович Марков, несмотря на то, что был выше чином, неизменно почитал «братца Соломона Михайловича» и всегда поддерживал его во всех начинаниях. Полковник Марков был женат, но детей не имел, поэтому все свое состояние завещал любимому брату. Таким образом, и без того богатый, как Крез, вязниковский «царь Соломон» мог бы стать одних из самых состоятельных людей во всей Владимирской губернии, но Никанор Марков пережил старшего брата.
Единственный сын «царя Соломона» получил свое имя в честь дяди-моряка, геройски погибшего на государевой службе. Михаил Соломонович Марков службу проходил по военному ведомству, но не офицером в полку или даже при штабе, но по не слишком почетной среди дворян, зато весьма прибыльной провиантской части. Батюшка через свою родню отрекомендовал отпрыска самому всесильному светлейшему князю Григорию Александровичу Потемкину-Таврическому, после чего Марков-младший получил выгодное место обер-провиантмейстера, ведавшего поставками продовольствия для армии. Там он выслужил чин статского советника, равного бригадному генералу, и приумножил и без того немалое семейное состояние.
После воцарения вздорного сына Екатерины II императора Павла I его высокородие Михаил Марков вышел в отставку и вернулся в родную Владимирскую губернию. К тому времени его батюшка, пресловутый «царь Соломон» скончался, и его наследник в общей сложности получил имения с поселенными в них двумя с половиной тысячами крепостных крестьян, не считая домов, обстановки и круглой суммы наличными. В отличие от отца, чье гостеприимство славилось даже в Москве, Михаил Соломонович вел крайне замкнутый образ жизни. Имея несколько сотен крепостных в Вязниковском уезде он имел право на занятие различных почетных должностей, в том числе вязниковского уездного предводителя дворянства. Так как предводитель обычно давал обеды и балы для всего уездного общества, причем за свой счет, в эту очень почетную, но крайне затратную должность обычно выбирали состоятельных представителей «благородного» сословия. Зная о богатстве Маркова и хорошо помня его отца, многие вязниковские дворяне желали видеть своим лидером именно Михаила Соломоновича, вероятно, при этом рассчитывая на его хлебосольство, но Марков-младший уподобился гоголевскому Плюшкину. Он жил крайне скупо, никого не принимал и сам в гости ни к кому не ездил.
Единственный сын Михаила Маркова от брака с Александрой Протасьевой из известного в Вязниковском уезде рода Протасьевых (их самым известным имением было село Барское Татарово близ нынешней Мстеры), чье детство прошло в доме родителя-скопидома и мизантропа, вырос крайне нелюдимым и замкнутым человеком. Единственную отраду он находил в церковных службах, а по-настоящему любил только свою сестру Анну, которую родители выдали замуж за ротмистра Николая Петровича Шубина.
После смерти отца Михаила Соломоновича в 1839 году (мать умерла еще раньше) Никанор Марков получил все состояние, нажитое несколькими поколениями рода Марковых. Он так и не женился, и даже с сестрой и затем его отношения постепенно охладели. Зато в племяннице Александре Николаевне Шубиной старый холостяк нашел поистине родственную душу. Девица из почти аристократической среды не признавала светских развлечений. После того, как ее жених погиб на дуэли, Саша стала богомольной до чрезвычайности, вместе с дядей стала ездить на богомолье в разные монастыри и даже сумела пообщаться с самим Серафимом Саровским. Никанор Михайлович и Анна сильно привязались друг к другу, тем более, что остальные родственники этих чудаков не понимали, осуждали или подтрунивали над ними.
В 1866 году отставной коллежский асессор Никанор Михайлович Марков скончался. Все до копейки свое миллионное состояние он завещал племяннице. На нем данный род Марковых прекратился навсегда. А Александра Шубина все свое огромное наследство пожертвовала Православной Церкви. На ее миллионы был отстроен целый монастырь неподалеку от Шуи, в котором она и поселилась. Но это уже другая история…
Так закончилась семейная хроника вязниковского «царя Соломона» и его семейства, невольно приводя на память знаменитую надпись на кольце монарха Соломона-израильского о преходящем характере всего земного: «И это тоже пройдет».
Герб рода Марковых
Царь Соломон. Средневековое изображение
Село Левино Вязниковского уезда на карте середины XIX века — одно из имений Марковых
Фрегат «Африка», на котором воевал и погиб лейтенант Михаил Марков
Александра Николаевна Шубина — племянница Никанора Михайловича Маркова
Монастырь, выстроенный А. Н. Шубиной
